На них натыкаешься в самых неожиданных местах. Первое впечатление – внезапное и пугающее. С облупленной краской (отчего выглядят крайне грязно), с отломанными бронзовыми конечностями и одинаковыми лицами.
Это – скульптуры, оставшиеся нам в наследство от советской эпохи, когда подобные изваяния мальчиков, девочек, спортсменов и тружениц украшали парки, аллеи, обычные дворы, пожалуй, всех городов страны.
Удивительные причуды истории. Парковая скульптура как таковая появилась еще в Древней Греции и Древнем Риме.
Особую популярность парковая скульптура приобрела в расцвет французского средневековья, стала особо популярной в России в екатерининские времена и являла собой необходимый элемент декора дворянских гнезд.
В советские годы (когда, как известно, велась серьезная борьба с роскошью и барством вообще) идиллические ангелочки преобразились в не менее идиллических пионеров, изящные нимфы – в спортсменок, Аполлоны – в рабочих. Эстетическая соцреалистическая красота прежде всего, конечно же, выполняла чисто идеологические функции, в довесок к основной пропаганде. Ну и радовала глаз.
Но так как никакой в принципе культурной ценности данные скульптуры и скульптурки не представляли, так их както незаметно и забросили, переходя из одной системы государственного устройства в другую. Жаль, ведь некоторые из них являлись этакими бронзовыми свидетелями целой эпохи, своеобразной ее летописью.
Полина Громова, кандидат филологических наук, преподаватель кафедры филологических основ издательского дела и литературного творчества ТвГУ:
– Меня достаточно давно заинтересовали рудименты советской культуры, как они встраиваются в сегодняшние реалии. Надо понимать, что для современной молодежи советская эпоха – понятие в определенном смысле мифологическое. Эти скульптуры должны были приблизить искусство к народу, сделать его доступным в прямом смысле слова. Была между этими скульптурами и настоящими, живыми советскими людьми некая психологическая близость: пионер с горном, играющие в мяч дети, заводской рабочий, пресловутая девушка с веслом и так далее – все эти образы были нарочито простыми и понятными. Эти гипсовые люди даже делятся с нами своими типичными эмоциями: им может быть радостно, они могут быть на чемто сосредоточены. Но дело в том, что весь этот небогатый, впрочем, спектр эмоций выражают лица, лишенные индивидуальных портретных черт. Что это добавляет к нашему пониманию советского прошлого? Упрощенное понимание человека? Да, гипсовые скульптуры представляли упрощенное искусство, но это было искусство на расстоянии протянутой руки.
Повторюсь, таких скульптурок по Твери можно встретить очень и очень много. Но надо побродить, поискать. Есть и такие, которые действительно стали непосредственными свидетелями истории.
Например, «Отличница, кормящая цыплят». Это официальное название памятника во дворе дома № 5/34 по улице Карпинского. Здесь когдато жил сам Лазарь Каганович. Да, именно в Калинине (Твери). Он был сослан сюда за участие в антипартийной группе, стремившейся сместить с высокого поста Никиту Хрущёва. Опальный сталинский нарком жил в трехэтажном обкомовском доме и каждый день любовался этой милой бронзовой девушкой.
Зачастую советские скульптуры представляли собой банальный ширпотреб. Они были одинаковыми по всем городам. Но были (и остались до сих пор) поистине уникальные работы, выполненные в единственном экземпляре. Например, барельеф на проспекте Калинина в Твери рядом со зданием бывшего камвольного комбината. На изображении – три девушкиработницы. Прообразом крайней фигуры справа была Зинаида Буйвис. Рассказывает ее дочь Алла Карпова:
– Мама моя после школы пошла работать на камвольный комбинат. Жизнь была тяжелая, и ей, восемнадцатилетней девчонке, приходилось работать в три смены, чтобы както прокормиться и хоть чтото купить из одежды. Когда создавался барельеф, руководство комбината устроило своеобразный кастинг среди молодых работниц предприятия. Надо отдать должное художнику, мама очень похоже получилась.
Когда то тут, то там встречаются эти памятники советской жизни, спорта и труда, невольно возникает благое желание взять да и собрать хотя бы то, что осталось, в одном месте. Сделать парк, аллею, сквер – все что угодно, где люди могли бы гулять, смотреть, вспоминать.
Однажды такая попытка была предпринята отставным подполковником Руденко, который собрал, сколько мог, скульптур по городу и установил их в одном из двориков на бульваре Шмидта. Безрукий мальчик с серебряным шаром, такая же безрукая девочкапионерка, мальчишка льет кудато воду из ведра. Эту страшноватенькую сюрреалистичную картинку дополнял безрогий олень. Подполковник не только собирал скульптуры, но и реставрировал их, как мог, гдето подкрашивал, чтото подклеивал. Потом начал вывозить их в парк «Текстильщик». Но после смерти энтузиаста скульптуры начали банально исчезать. Местные жители помнят, как по ночам подъезжали машины и вывозили в неизвестном направлении то, что поприличнее.
Сегодня советская парковая скульптура никому не нужна и в буквальном смысле заброшена. Современная индустрия для нужд частных владений предлагает современные формы исполнения всего, что пожелает заказчик: от Геракла до пионера. Непосредственно в самой Твери последняя за многомного лет попытка установить хотя бы скульптуру динозавра (на городском пляже) увенчалась несовпадением желаемого и предлагаемого. Есть у нас в городе целая миниулочка скульптур – на бульваре Радищева. Как говорят многие, все они ни о чем – разрозненный набор разномастных памятников. Гости Твери резво пробегают мимо них, даже не заостряя внимания, торопясь сфотографироваться на лавочке рядом с бронзовым Михаилом Кругом.
С советскими безрукими пионерами, безглазыми первоклассницами и ободранными оленями тоже, конечно же, никто не фотографируется. Напротив, их стараются обойти стороной, не заметить, позабыть. Они никому не интересны (разве что журналистам и фотографам) и не нужны. Но они есть. Пока есть.
Марина ГАВРИШЕНКО
Фото Юрия СУРИНА
Добавить комментарий