Рубрика: Общество

Управлением надзорной деятельности Главного Управления МЧС России совместно с правоохранительными органами Тверской области проводятся оперативно-следственные мероприятия по факту данного происшествия. 

На месте пожара продолжает работать оперативный штаб. Организовано посменное дежурство личного состава подразделений Федеральной противопожарной службы в количестве 10 единиц техники и 34 человек. На охлаждение данной цистерны было подано пять стволов, в том числе три лафетных переносных.

Площадь горения составляла 5 кв.метров.

По состоянию на 10:37 на автостоянке произошла ликвидация открытого горения в цистерне. На данный момент происходит ее охлаждение лафетными стволами. Работы будут продолжаться до полного остывания цистерны. Место происшествия по-прежнему оцеплено сотрудниками ГУ МЧС России по Тверской области и сотрудниками полиции. 

В начале регулярного первенства были одержаны победы во всех четырех матчах. Последние игры на выезде наши баскетболисты провели в столице Удмуртии с местными «Родниками».

Первый матч в Ижевске тверская команда начала очень мощно и собранно, по большому счету, хозяева так ничего и не смогли противопоставить гостям. 

По­настоящему кошмарной для ижевцев стала третья четверть, когда отрыв дошел до 17 очков. Концовка матча превратилась в пустую формальность. Хозяева проиграли со счетом 53:71. 

Легкий выигрыш порой расслабляет и играет злую шутку с победителем. Подобное и случилось в повторном матче. Хозяева вышли биться во всю силу, чувствуя свою вину перед болельщиками. Заключительный период напоминал вообще жесткую битву. Тем не менее тверские баскетболисты выглядели вполне достойно, сократив в конце игры разрыв всего до трех очков. 

Следующие два матча предстояли дома с «Динамо­ЮЗГУ» из Курска. Гости приехали в приподнятом настроении, так как недавно одержали победу в двух играх, да и отставали от тверитян в турнирной таблице всего на одно очко. В столице Верхневолжья настроение им изрядно подпортили, продемонстрировав, что здесь играет команда классом выше. И это несмотря на то, что в составе «Динамо» на площадку вышел Денис Лутиков, в прошлом экс­защитник баскетбольного клуба «КАМиТ», хорошо знающий все тактические схемы тверских спортсменов. Он­то в конечном итоге и был признан одним из лучших игроков у гостей. 

Игра в первой встрече шла практически на равных до четвертого периода. В конце игры то ли воодушевили родные трибуны, то ли силенок у хозяев оказалось побольше, но «КАМиТ» одержал уверенную победу со счетом 80:67. Уже после матча тренер «Динамо» Василий Грецов скажет, что хозяева еще не раскрыли весь свой потенциал. Хотя в этот момент он сам, наверное, даже не предполагал, насколько его слова окажутся пророческими. За встречей с трибуны наблюдал глава Твери Александр Корзин, который после игры поблагодарил команду за упорство и волю к победе, а также пообещал по мере возможности бывать на каждой домашней игре тверитян. 

В повторной домашней встрече, словно услышав слова тренера соперников, тверская команда раскрыла весь свой потенциал. При этом нельзя сказать, что «Динамо» играло хуже, чем накануне. Наверное, это называется «поймать игру» с первых секунд матча и уже не отпускать до финального свистка. У тверитян получалось все. С каждой четвертью преимущество в счете только увеличивалось. Безусловно, что тут сказались разница в классе и мастерстве игроков команд. В итоге заслуженная победа со счетом 111:75. Для тверской команды за четыре года выступлений в Высшей лиге российского баскетбола это новый рекорд результативности. 

Следующие игры команда «КАМиТ­Университет» проведет в гостях – 24 и 25 ноября, ее будет принимать на своей площадке баскетбольный клуб  «Тамбов». 

А между тем в тверской прессе появилось довольно­таки нерадостное признание президента тверского клуба Николая Горшкова о том, что у результативной команды есть серьезные проблемы с финансированием:

– По этому поводу я буду встречаться с руководством города и области. Если мы доживем до Нового года, то доживем и до конца сезона.

А ведь спортивный год начинался достаточно непросто. В качестве главного тренера наших волейболистов Сергей Чеботарёв дебютировал в Твери в этом сезоне. Воспитанник Камышинской детско­юношеской спортивной школы (Волгоградская область), он известен по выступлениям за «Динамо» (Московская область). Чеботарёв также входил в состав сборных РСФСР и СССР, становился чемпионом мира среди юниоров. Карьеру игрока продолжал за границей – в клубах Венгрии, Греции, Словакии, Израиля, Италии, выступая в роли играющего тренера. В общем, игрового опыта ему не занимать. Однако, по сложившейся у нас нехорошей традиции, тверской команде приходилось сыгрываться буквально на ходу. Спортсмены порой притираются друг к другу годами, чтобы наладить рисунок игры и взаимодействие на площадке. А тут пришлось оперативно работать по всем направлениям: и в теории, и на практике, налаживая блок, прием мяча. Определяя же приоритетные задачи на предстоящий сезон, Сергей Чеботарёв в одном из свои первых интервью заявил, что команда собирается держать свою марку достаточно высоко, по максимуму: 

– Хотелось бы по итогам чемпионата попасть в шестерку лучших команд Высшей лиги «Б». Многое будет зависеть от самоотдачи игроков. Может быть, не в этом сезоне, но надо стремиться в Высшую лигу «А», а потом и Суперлигу. Все это реально, надо только работать.  

Пока слова главного тренера не расходятся с делом. Об этом говорят и место в турнирной таблице, и настрой команды на последние матчи. В игре на выезде с аутсайдером подгруппы – командой «Сарансккабель–Мордовия» – Сергей Чеботарёв даже поэкспериментировал с составом, доверив площадку молодым игрокам. Встреча оказалась непростой, хотя интрига была и оправданной: молодежи необходима игровая практика. В первой партии тверитянам сопутствовал успех – 25:20, но хозяевам удалось победить на тай­бреке – 26:24. Напряженная борьба продолжалась и в следующем игровом отрезке, но на сей раз удача улыбнулась тверским волейболистам – 25:23. И лишь в четвертой партии, оказавшейся сравнительно легкой, ВК «Тверь» поставил победную точку – 25:14 и 3:1 в матче. В повторной встрече на площадку вышли ведущие игроки тверского клуба. В итоге – уверенная победа в трех партиях. 

А в минувшие выходные волейбольный клуб «Тверь» принимал команду «Нова­2» из Новокуйбышевска. Две встречи значительно отличались друг от друга. Если первая прошла с преимуществом хозяев, которые одержали победу в трех партиях (25:18, 25:20 и 25:21), то в повторном матче произошел непонятный сбой. Вероятнее всего, гости провели основательную работу над ошибками, так что команду было просто не узнать. «Нова­2» максимально настроилась на победу, выиграв в итоге первую партию – 25:15, а ведь в ходе игры тверитяне вели со счетом 14:12. Во втором игровом отрезке ВК «Тверь» взял реванш – 25:14. Увы, на большее нашей команды не хватило. Большое количество технического брака, а в итоге поражение по партиям со счетом 1:3. 

Главный тренер Сергей Чеботарёв отмечает, что никакой самоуспокоенности после победы в первом матче у его подопечных не было, они настраивались на серьезную борьбу.

– Не справились с напряжением в ключевые моменты матча, когда каждое очко – на вес золота. Допустили много ошибок в концовке, в том числе на подачах, не совладав с эмоциями, – прозвучал комментарий главного наставника ВК «Тверь» в послематчевом блиц­интервью официальному сайту клуба. Очевидно, что психологическому настрою на игру стоит уделить пристальное внимание при подготовке к будущим встречам.

Так или иначе, несмотря на последнее поражение, тверитяне остаются на втором месте в своей подгруппе. Впереди ответственные матчи. 24 и 25 ноября ВК «Тверь» померится силами на выезде со столичным «Спартаком», а 1 и 2 декабря встретится в домашних матчах с вологодским «Политехником». Это будут последние игры для тверских волейболистов на предварительном этапе соревнований.

В театре, в котором я служил много лет, была практика устраивать вечера пенсионеров с показом нового спектакля, выступлением режиссера перед началом и зрительской конференцией в конце.

Большой красочный щит приглашал пенсионеров на праздник. Однажды на щите появилась надпись огромными буквами: «Вечер пенсионеров». Ниже крупно было начертано: «Последний поцелуй» – комедия». 

Никто никогда бы не обратил на это внимания, если бы не заезжий корреспондент журнала «Крокодил», который и сообщил об этом читателям. После этого казуса мы стали называть подобные мероприятия «Вечерами отдыха ветеранов труда».

* * *

Пятилетнюю дочку актера, который играл в спектакле по пьесе Сергея Михалкова «Три поросенка», спросили: 

– Кем работает твой папа?

Ответ был незамедлительным:

– Поросенком.

* * *

В одном театре давали в праздник Великой Октябрьской революции спектакль по роману Александра Фадеева «Молодая гвардия». Как было заведено, днем актеры были на демонстрации.

Пожилой актер, любивший всех поучать, особенно молодежь (такие везде есть), назойливо говорил молодым актерам, чтобы они до спектакля не позволяли себе ни грамма спиртного. «Смотрите! Я серьезно говорю!» – повторял он.

Как нередко бывает, сам моралист пришел на спектакль крепко выпивши. Правда, поначалу этого никто не заметил. Роль у него небольшая, и появлялся на сцене он лишь в конце спектакля. Сидел себе в гримуборной и ждал выхода. К финалу спектакля моралист появился на сцене в роли старшего русского полицейского чина. Готовится расправа над молодогвардейцами. К нему подходят и докладывают, что немецкий офицер не приедет, начинайте без него.

Моралист совершенно забыл, что он на сцене, и добродушно ответил на доклад коротким русским непечатным словом: дескать, сами управимся.

Публика в зале несколько секунд ошарашенно молчала. И вдруг раздался громовой взрыв смеха. Пришлось дать занавес.

* * *

Очень часто на сцене случаются накладки, когда персонажам нужно стрелять. То за кулисами выстрелят или ударят в пол доской раньше времени, то позднее, когда бедный стрелок начинает произносить свои угрожающие слова вроде: «Сейчас я тебя отправлю на небо! Ты у меня узнаешь!» и так далее. Для актеров это мучительные мгновения.

Рассказывали, что в старом театре актер­«убийца» несколько раз нажимал на курок, но выстрела не было. Партнер же, персонаж, кому предназначалась пуля, должен быть непременно «убитым». «Стреляющий» растерялся, бросил пистолет и от своей беспомощности ударил партнера ногой в зад. Находчивый артист вдруг произнес: «Сапог отравлен!» – и «замертво» упал на сцену. Действие продолжалось. 

* * *

Играли «Блудного сына» эстонского драматурга Э. Раннета. Враг Райесмик должен был убить из пистолета Марта Туйска, героя пьесы. В руках у Райесмика стартовый пистолет, но, как он ни нажимал на курок, выстрела не получалось. Актер был опытным. С возгласом: «Я тебя голыми руками задушу!» – он приступил к выполнению акции. Понятно, что герой не сопротивлялся.

* * *

На выездном спектакле на селе в зале сидела чья­то собака и тоже смотрела спектакль. Сидела смирно, но в антракте громко лаяла на зрителей. Наверное, ей не нравилось, что они хлопали.

* * *

Однажды после окончания выездного спектакля в колхозе в зале разорялся какой­то механизатор. Трезвый.

– Халтура! Обманывают нас. Вчера по радио из Москвы передавали этот же спектакль. Я слушал. Он был в трех актах, а у вас в двух. Играйте еще!

Калинин в прошлом веке киношники в шутку назвали российским Голливудом. В городе и его окрестностях снимались эпизоды многих шедевров отечественной кинематографии – от «Чапаева» до «Войны и мира». А еще «Чучело», «Сибириада», «Гардемарины, вперед!», «Проверка на дорогах», десятки других картин. Но ни одна съемка не наделала в областном центре столько шума и проблем, как экранизация повести Бориса Полевого «Доктор Вера». Было это в 1967 году – 45 лет назад.

Натуру выбрали в самом центре города – на площади Революции. Снималась одна из кульминационных сцен картины – казнь подпольщиков. Памятник Калинину закрыли бутафорской часовней, а перед ней построили настоящую виселицу. Постановщиком картины был Дамир Вятич­Бережных (Дамир – сокращенное от «Даешь мировую революцию»). В «Докторе Вере» снимались звезда советского кино Николай Крючков, нынешний директор Малого театра Виктор Коршунов и первая жена Андрея Тарковского Ирина, которая носила фамилию мужа. Второй режиссер картины – Алексей Коренев. Он прославился позже, поставив «Большую перемену» и став отцом актрисы Елены Кореневой. В калининской съемке засветилась еще одна будущая знаменитость – Валерий Носик, отец ныне раскрученного сериального актера Александра. Если учесть, что картину поддерживал писатель Борис Полевой – литературная знаменитость страны и наш земляк, то собрание талантов решило все организационные хлопоты натурных съемок в самом центре города. Поглазеть на происходившее собирались толпы. Зеваки мешали движению (тогда по Советской ходили трамваи). Водители сами замедляли ход – когда еще увидишь такое?

Но главная проблема – не зеваки, которых успешно блокировала доблестная милиция. Не везло с погодой. По сценарию действие происходило осенью – в начале зимы, а снимали в марте, когда зима панически отступала. Снег на съемочную площадку завозили всю ночь самосвалами, но под влиянием погоды и массовки он таял еще до начала подготовки к работе съемочной группы. Про массовку – особый сказ. Надо было набрать не десять–двадцать, а с добрую сотню человек. Искали не абы кого, а старух и стариков, женщин, детей. Их одевали точь­в­точь как в военной хронике, репетировали страх ожидания и ужас казни чуть ли не с каждым. По массовке камера проходила крупным и средним планом, так что из добровольцев извлекали недюжинные актерские способности. Приманок для толпы было три: сам процесс съемки, участие в ней любимца зрителей Николая Крючкова и гонорар – шесть рублей за съемочный день. (Съемочный день – день, когда работала камера. За отмену съемки платили трояк. Для сравнения: буханка хлеба стоила 12 копеек, литр молока – 18, бутылка водки – 2 рубля 87 копеек.) Людей обязывали приходить на площадку чуть ли не с восходом солнца, а отпускали в вечерних сумерках.

Вся съемочная группа склонялась перед авторитетом Николая Крючкова. Его гримировали в одной из комнат музея, который занимал половину Путевого дворца. Звезда знала себе цену и общалась лишь с постановщиком картины. По сюжету его герой стоит на виселице в разорванной нательной рубахе и со следами побоев на лице. Говорили, чтоб не замерзнуть, Николай Афанасьевич перед появлением на улице разогревался беленькой, но на поведении артиста это никак не сказывалось. Крючков есть Крючков – действительно великий артист. Автографы он никому не давал, да и фотографировали его только издали.

Проще было с исполнительницей главной роли – доктора Веры. У Ирины Тарковской это была первая в карьере съемка, она никак не задирала нос, хотя от массовки ее держали подальше. Симпатичная актриса впоследствии стала режиссером детского кино.

Для съемки эпизода немецких офицеров и нижних чинов подбирали в Калининском театре драмы и ТЮЗе. Большой эпизод сыграл ведущий молодой актер театра драмы Виктор Речман. В театре ему завидовали: «Только пришел на сцену, и сразу в кино!»

Артистов эпизода одевали и гримировали в нынешнем здании объединенного музея. Рекомендовали: в немецкой форме идти на съемку быстро и всем сразу. Во­первых, чтобы не останавливать машины и трамваи, а во­вторых, у людей, переживших войну, еще свежа была память, и при виде «немцев», пусть и ряженых, может случиться всякое.

Однажды случилось. Подвыпивший ветеран кинул в «немцев» кусок сколотого льда и кому­то разбил в кровь лицо. После этого «оккупанты» ходили на место съемки потайными ходами.

Актеров перед съемкой осматривал консультант киностудии «Дефа» из Восточной Германии. В спешке немецкому обер­лейтенанту, которого играл автор этих строк, прикрепили кобуру справа. Консультант попросил перевесить налево, объяснив лейтенанту, что в таком положении легче выхватывать пистолет.

Роль обер­лейтенанта была короткой. К виселице подъезжает «Виллис», из него выходит священник (Валерий Носик), офицер, ласково беседуя, под локоток подводит его к эшафоту, помогает ему подняться на помост, где батюшка предлагает патриотам причаститься перед смертью. Те, разумеется, предложение отвергают. На экране проход занимает меньше минуты. Эпизод снимали два или три дня. То снега не хватало, то массовка почему­то редела, то «Виллис» барахлил, то дверь машины не открывалась, то постановщику вообще все не нравилось, в том числе построение кадра. В общем, до эшафота Валерия Носика обер­лейтенант сопровождал, включая репетиции, почти раз двадцать. Все это время под виселицей мужественно изображали предчувствие смерти три пожилых актера во главе с неподражаемым Николаем Крючковым. За съемочный день мне платили 12 рублей, тогда как в драматическом театре – 55 рублей в месяц. Но дело было не в деньгах, а в самом приобщении к миру кино, где в то время все, кончая пиротехником, считались чуть ли не небожителями. Кино на самом деле было важнейшим из искусств. Для руководства области и города работа съемочной группы, блокирующей движение на главной улице города, была и головной болью, и подарком. Действие повести происходило в выдуманном городе, но Борис Полевой не скрывал, что в основе истинные события, происходившие в оккупированном Калинине. Военная история в ту пору была священной для всех – от рядовых граждан до больших начальников. 

Фильм «Доктор Вера», увы, не стал событием в советском кинематографе, но его съемки остались в памяти не одного поколения. Поэтому картине, снятой режиссером­фронтовиком, не уготована тень забвения.

Вчера в Твери около 17:59 на Октябрьском проспекте, в районе д.№38/29, произошло столкновение трех автомашин: «Ситроен С4», «Фиат Дукато» и «Тойота Камри». Водитель автомашины «Фиат Дукато» не соблюдая дистанцию до впереди движущегося ТС, совершил столкновение с остановившейся для поворота налево автомашиной «Ситроен С4». От столкновения автомашина «Ситроен С4» выехала на встречную полосу движения, где произошло столкновение  с автомашиной «Тойота Камри». В результате происшествия 22-х летняя девушка водитель автомашины «Ситроен С4» и ее 26-летняя пассажирка с травмами доставлены в городскую больницу скорой медицинской помощи.

Около 17:25 на 12км а/д Тверь-Волоколамск (Калининский район), 21-летний водитель автомашины ВАЗ-21214 совершая поворот не предоставил преимущество в движении и совершил столкновение с автомашиной «Тойота Лэнд Крузер». В результате происшествия водитель автомашины ВАЗ-21214 с диагнозом ЗЧМТ, кома, судорожный синдром и 30-летний пассажир автомашины ВАЗ-21214 с диагнозом ОЧМТ, перелом основания черепа, ушиб головного мозга, закрытый перелом правой голени госпитализированы в реанимацию городской больницы скорой медицинской помощи, сообщили в УГИБДД УМВД России по Тверской области.

Фото — 69.gibdd.ru

Однако дерзну предположить, что не все придерживаются принципа «Деньги – любой ценой!». Есть и такие, для которых деньги пахнут. И в этом они особенно щепетильны и непреклонны, отчего, согласитесь, легко нынче прослыть упрямцем и занудой. Принципиально отстаивать нравственные позиции в наши циничные дни – это значит заранее обречь себя на упреки в желании быть святее Папы Римского, вызвать недоверие к собственной морали, зародить подозрение в стремлении скрыть за пафосными фразами ее банальное отсутствие. А потому – никаких имен! Поверьте на слово: я подобных предпринимателей встречал, в том числе на медийном рынке. В погоне за прибылью они не будут зомбировать своего читателя или зрителя непрекращающимися (в режиме нон­стоп) рассказами о всевозможных природных катаклизмах, техногенных катастрофах и руко­творных трагедиях, которые, увы, стали неизбежными спутниками цивилизации и фактами из повседневной жизни человечества. Казалось бы, объективная информация – хлеб насущный для любого СМИ, а они ее не жалуют и находят тому, как минимум, три объяснения.

Прежде всего, философское: все перечисленные беды и напасти, по сути, не являются новостями, ибо происходят перманентно во времени. Они данность, к которой нужно относиться так же, как, например, к тому, что человек смертен.

Объяснение второе: материя сия весьма деликатная. Представьте, если вместо привычного некролога с «живой» фотографией ушедшего в мир иной дорогого кому­то человека был бы напечатан крупным планом его лик с застывшей на нем предсмертной гримасой. А на телевидении можно пойти еще дальше: запечатлеть агонию умирающего и зафиксировать его последние хрипы. Как ни прискорбно, и до такого зрелища нашлись бы охотники. Не случайно одна из местных газет регулярно помещает на своих страницах фотографии трупов и даже изуродованных фрагментов тел конкретных людей.

И третье. В нашем и без того духовно растерянном и психологически неустойчивом обществе дополнительно нагнетается атмосфера катастрофизма, бесспорно, пагубная для любого государства. А это уже нечто иное, нежели просто частный бизнес творца­-коммерсанта.

За полтора века своего существования белый медицинский халат прочно обосновался в сознании людей как символ бескорыстия, милосердия и надежды на исцеление. 

Впрочем, для заслуженного врача РФ, хирурга с более чем тридцатилетним стажем, заместителя главного врача областной клинической больницы Игоря Евгеньевича Лисина символ этот давно уже стал привычной деталью рабочей одежды. Однако суть его отношения к профессии, к людям, к жизни была и остается неизменной: в халате или без него он всегда готов по первому зову прийти на помощь попавшему в беду человеку. Эта готовность не продиктована самим предназначением выбранной профессии, не сформировалась на лекциях в мединституте, а возникла в нем естественно, почти на генетическом уровне, еще в детские годы. 

Хотя, на первый взгляд, мальчика, рожденного в семье инженеров в городе Грозном в негрозном 1958 году, ждала иная участь. Да не дождалась. И все потому, что линия судьбы доктора Лисина началась задолго до его рождения. Возможно, с того момента, когда мама Игоря Римма Львовна, окончив краткосрочные, так называемые роковские, курсы, стала медсестрой в военно­полевом госпитале, где прослужила с 1942 по 1946 годы. А возможно, корешки будущего призвания тянутся несколько глубже – к тетушке Игоря Евгеньевича, которая получила высшее медицинское образование еще до войны и с первых ее дней работала в госпитале ведущим хирургом очень сложного и, увы, актуального тогда направления – ранения в грудь и живот. Это она, Дора Львовна, взяла к себе двух младших сестричек, чтобы в то суровое время быть рядом. Так сестры и прошли вместе всю войну. И хотя дальнейшую жизнь мама Игоря связала с профессией, далекой от медицины, культ старшей сестры – хирурга от Бога – в семье Лисиных обосновался всерьез и надолго. Неудивительно, что сакраментальным вопросом «Делать жизнь с кого?» ни сам Игорь, ни его старший брат Вадим не задавались. Конечно, с тети Доры. А ее тем временем пригласили в Калинин помочь в реорганизации фтизиатрической службы. Вскоре дали квартиру, так здесь и прижилась. Это обстоятельство оказалось весьма кстати, поскольку в Грозном мединститута не было. В общем, все очень удачно сошлось. Вадим переехал к тетушке и поступил в мединститут, Игорь решил последовать его примеру сразу же после окончания школы. Но на семейном совете постановили: ждать не стоит, и Лисины в полном составе переехали в город на Волге. После школы, само собой, Игорь тоже стал студентом мединститута.     

Годы учебы он вспоминает без пресловутой ностальгии по беспечной юности, видит в них, прежде всего, полезную школу взросления и в жизни, и в профессии (хотя уже тогда эти два понятия были для него синонимами). Время выдалось непростое, рассчитывать приходилось только на себя. С первого же курса подрабатывал на флюоростанции, в стройотрядах, где трудился и строителем, и медбратом; в бригадах «скорой помощи»: сначала санитаром, а после четвертого курса – фельдшером. Тогда же появилась и первая запись в трудовой книжке.  

После пятого курса студенты определялись с дальнейшей специальностью. К ее обучению допускались по количеству баллов. Пожалуй, самый строгий отбор был на специальность хирурга – не менее 4,5 балла по пятибалльной шкале.  Игорь Лисин жесткий рейтинг прошел и на шестом курсе начал постигать азы заветной профессии. Первые операции были, конечно, мелкие, несложные, да и на них студенты лишь ассистировали.  Серьезные навыки приобретались уже в интернатуре.

– Мне повезло, я попал в 7­ю городскую больницу, – рассказывает Игорь Евгеньевич. – Там в хирургическом отделении работали два высококлассных хирурга: Иосиф Петрович Брадецкий и Дмитрий Вивианович Сухов. Эти замечательные люди стали моими практическими наставниками. Вскоре я не только ассистировал им, но и сам проводил операции, разумеется, соответствующие моему возрасту и квалификации. В основном это были аппендициты, травмы брюшной полости, холециститы и, конечно, плановые – по удалению грыжи. К концу интернатуры набралось более сотни самостоятельных операций.  Параллельно посещал занятия по травматологии, дежурил в приемных отделениях. Из нас готовили хирургов широкого профиля, так как после окончания института мы должны были три года проработать в районных больницах области, где приходилось использовать знания практически всех разделов хирургии. 

То, что Игоря Лисина тогда распределили в Селижаровскую ЦРБ, он считает большой удачей. До сих пор тепло отзывается о тамошних коллегах, помнит «сложных и необычных» пациентов, приятно удивляется, когда и сегодня, через столько лет, при встрече нет­нет да и напомнят: «А вы мою дочь оперировали…». Или сына. И благодарят. Не случайно в Селижарове он на полтора года больше положенного задержался. 

Возможно, работал бы и дальше, но тут пришло заманчивое предложение от коллег – занять вакантное место хирурга в областной больнице. Заманчивое, прежде всего, перспективой профессионального роста. Через какое­то время, активно занимаясь хирургической практикой, почувствовал, что «созрел» для диссертации. Защитился в НИИ проктологии в Москве. Тема диссертации вызвала интерес у специалистов, Лисина стали регулярно приглашать на различные конгрессы и симпозиумы в Европу, в Англию, в Америку, но тогдашнее время не поощряло «охоты к перемене мест». 

– Зато сейчас, – смеется мой собеседник, – за границу езжу при малейшей возможности. Бывал практически на всех континентах: в Америке, в Азии, в Европе, в Африке.

Однако и в поездках профессия «не отпускает» доктора Лисина. Однажды по пути в Таиланд с одним молодым соотечественником случилась беда – острое нарушение мозгового кровообращения. Лисин вместе с анестезиологом из Москвы, имени которого спросить не успел, понизили запредельно высокое давление больного и на протяжении десяти часов полета делали все, чтобы в конечном итоге передать его врачам таиландской «скорой» в более­менее стабильном состоянии. 

Подобных происшествий в «отпускной» жизни Лисина, увы, предостаточно. 

– Словно сама судьба, зная, что я врач, специалист экстренной хирургии, подбрасывает мне такие вот неординарные случаи. Поэтому, собираясь в дорогу, всегда беру с собой лекарственные препараты. Не для себя, конечно.

В 2003 году Игорь Евгеньевич возглавил хирургическую службу областной больницы. На его попечении 14 отделений хирургического профиля. Это большой живой организм (врачи, сестры, младший медперсонал), который должен функционировать четко, слаженно, эффективно. Еще в студенческие годы Лисин услышал от старого доктора фразу, которая стала для него принципиальной в общении с пациентами: «Перед банщиком, Богом и врачом – все равны». Это правило он старается привить персоналу: прежде всего спасти человека, оказать ему экстренную неотложную помощь, а потом уже разбираться: есть ли у него полис, паспорт, прописка, какого он возраста, рода­племени и прочее. 

Такой вот он, доктор Лисин.

Еще в студенческие годы Лисин услышал от старого доктора фразу, которая стала для него принципиальной в общении с пациентами: «Перед банщиком, Богом и врачом – все равны».

Фото Юлии СМОРОДОВОЙ

Нет, я не про власть. Я про нас, конкретных индивидуумов. Конечно, понимаю: выборы, референдумы, опросы, изучение общественного мнения… Вроде бы нас с вами спрашивают. О чем­то. И вроде бы даже наше мнение на что­то влияет, или хотя бы должно влиять. Но всегда ли стоит нас опрашивать, нашим мнением интересоваться и нашим согласием заручаться?

Вопрос только на первый взгляд нелогичный и – отнюдь не праздный. Причем как в «стратегическом», так и в «тактическом» смыслах. Ибо примеры совершенно нелогичного, именно извращенного отношения к своим правам у нас сегодня буквально на каждом шагу.

Начнем с «тактического» варианта. В последние месяцы тверская блого­сфера, а иногда и СМИ взяли за моду периодически разражаться возмущенными воплями в адрес одного осваивающего Тверь интернет­провайдера. Дескать: «Что это они тут за провода тянут? А почему меня не спросили? Запрещаю! Низзя!»

Честно сказать, мне от этих воплей становится просто смешно. Ну, посудите сами: в среднестатистическом доме проживает как минимум 200 человек. Можно ли опросить, «спросить разрешения» у них у всех? Один спит, другой на работе, третьему вообще недосуг. Возможно, и к злобно пыхтящему тоже стучали в дверь, но желанная встреча не состоялась по причине его собственного отсутствия. И что теперь? Отлавливать лишь для того, чтобы получить  персональное согласие? Причем, замечу, согласие не на открытие в его доме магазина, а в подъезде распивочной, а – всего лишь на подключение дома к еще одному интернет­провайдеру, то есть на предоставление жильцам дома возможности воспользоваться еще одним сервисом.

Вот ответьте положа руку на сердце: а нужно для этого согласие всех до единого жильцов дома? Поставлю вопрос даже более резко: нужно ли для этого вообще согласие кого­то из жильцов дома? Коль нововведение никак не портит им жизнь и не обещает каких­либо неприятностей от факта своего существования?

Ведь нелогично же!

Возьмем вопрос более общий, стратегический. Нет, я вполне понимаю, когда жители дома сообща решают, чему именно быть на пустующем «пятачке»: детской площадке или автостоянке. Это их двор, и у каждого из них свои взгляды на то, что для этого двора нужнее. Воплощение желаний одних неминуемо ущемляет интересы других, и тут, разумеется, надо спорить, искать компромисс.

Но – вот пустырь, на котором можно построить дом. В соответствии со всеми строительными и санитарными нормами, с выдержанным расстоянием до ближайших домов и т.п. Или, того проще, дом уже стоит, пустует и ждет решения своей участи. Так строить или не строить? Нужно ли для решения этого вопроса вообще спрашивать мнение окрестных жильцов?

Вот лично я думаю, что в принципе – нет. Если все нормы соблюдены и новое здание никому не застит свет в окошке. 

Вообще, мне кажется, что граждане нашей страны и нашего региона в частности отвыкли задавать себе вопрос, в простецко­народной форме звучащий: «А кто я такой?»  Почему для решения вот этого, конкретного, более технического вопроса лично­персонально меня должны всенепременно об этом спросить? А?

Респондентам задавались вопросы, касающиеся предложенной темы. Хорошо знают о благотворительной деятельности 22,2 процента участников опроса, 14,1 процента практически ничего не знают и 63,7 процента знают мало. Более четверти респондентов уверены, что для многих людей и организаций благотворительность является единственной возможностью получить реальную помощь. Основными целями благотворительности опрошенные считают социальную поддержку граждан (25,1%), оказание помощи при стихийных бедствиях (17,8%), укрепление мира, дружбы и согласия между народами (11,5%).