– Первый вопрос – чисто человеческий. Знаю тебя не первый год сразу в нескольких амплуа: ты одновременно редактор детского журнала «Большие и маленькие», предприниматель, руководитель Тверского филиала Русфонда и многодетная мать. А теперь еще и детский омбудсмен. Я ничего не забыл? Как вообще может один человек выдержать такую нагрузку?
– Все уже не так. Во-первых, я теперь работаю только уполномоченным по правам ребенка в Тверской области, все остальную деятельность пришлось оставить, передать другим людям. Поэтому нагрузка вполне по силам. Журнал перешел в надежные руки, туда пришла молодая команда, а я наблюдаю за их работой со стороны, не вмешиваясь. Госслужбу нельзя совмещать с другими видами деятельности. И обмундсменом лучше меня не называть, все-таки man – это мужчина, не совсем корректно (улыбается).
– Обмундсвумен?
– Нет такого понятия. Можно звать детский защитник или уполномоченный по правам ребенка, как это и прописано в законе.
– Говорят, ты не сразу согласилась занять эту должность. То есть ты понимала ту нагрузку, которая ляжет на плечи?
– Да, я ее осознавала, поэтому, конечно, сомнения у меня были. Я понимала, что работать спустя рукава на этой должности не получится, что каждое принятое решение будет подвергаться оценке общественности. Но я человек решительный.
– А семья как отреагировала? Муж? Все-таки у тебя четверо детей.
– Они привыкли, что я социально активный человек. Учитывая, что я заменила несколько видов деятельности одним – пусть и требующим большого количества времени, но схожим с тем, чем я занималась раньше, – не думаю, что они заметят большую разницу. За многие годы я научилась совмещать работу и семью, не в ущерб последней.
– Многие не понимают статус уполномоченного по правам ребенка. Ты уже сказала, что это госслужба. Но, все же, это больше чиновничья или общественная деятельность? У тебя есть свой аппарат, сотрудники?
– По закону Тверской области у нас один аппарат с уполномоченным по правам человека в Тверской области Владимиром Ивановичем Бабичевым. В законе прописано, что я являюсь его заместителем и в его отсутствие исполняю его обязанности. И наоборот, пока я не была назначена, Владимир Иванович выполнял работу по защите прав детей.
Я бы не сказала, что это работа чиновника, хотя в ней есть, конечно, системные вещи – например, это работа с обращениями граждан, со всеми вытекающими последствиями, то есть это регистрация обращений, запросы, ответы… Нужно четко понимать, с какой инстанцией взаимодействовать, где искать решение проблемы. Но в то же время работа уполномоченного по правам ребенка исходит из просьб и потребностей людей. Поэтому, наверное, институт уполномоченного стоит на стыке между общественностью и органами государственной власти.
– А как удается занимать такую позицию? Ведь иногда это серьезно противоборствующие стороны?
– Надо просто соблюдать законы. К сожалению, не секрет, что наши чиновники на всех уровнях власти, в администрациях муниципальных образований часто сами путаются в той законодательной базе, на основе которой строится их деятельность. Отсюда возникают излишние требования, неправомерные отказы в решении каких-либо вопросов. А надо просто знать закон. То же касается и общества – к сожалению, оно пока тоже малообразованное в правовом плане. Многие люди не знают, куда обратиться, как защитить свои права. Поэтому часто возникают жалобы, которые можно было на месте решить за 5 минут. А люди месяцами не могут решить свои проблемы, ходят с ними по всем инстанциям и без толку.
– Как часто люди обращаются с жалобами? Как вообще можно обратиться? И что входит в полномочия детского защитника?
– Я еще только начала работу, но люди уже приходят, приносят жалобы, записываются на личный прием. Прием ведется в приемной уполномоченного по правам человека с 9.00 до 18.00 (Тверь, ул. Советская, д. 23). По телефону (4822) 34-18-09 можно задать вопросы, записаться на прием к специалистам. В аппарате уполномоченного работают юристы, которые могут дать квалифицированные консультации. Жалобы и обращения можно подать по электронной почте, а также через наш сайт tver.rfdeti.ru. Мы оперативно на них реагируем. В моих полномочиях прописано многое, от работы с исполнительной властью до обращений в правоохранительные органы.
– Одна из главных проблем, с которой тебе неминуемо придется столкнуться, – волна детских самоубийств. Говорят о некой общероссийской тенденции, которая, к сожалению, коснулась и нашего региона.
– На самом деле такие всплески были и раньше – и в дореволюционное время, и в советские годы. От этого никуда не денешься – это проблемы взросления, взаимоотношений с окружающим миром. Другое дело, что сейчас они обострены влиянием Интернета и телевидения на детскую психику. Опять же, эта тема вызывает повышенное внимание благодаря некоторым телепередачам, которые из любого повода раскручивают скандалы. Как тут бороться? Готового ответа нет. В первую очередь, сами родители должны быть в контакте с ребенком, заботиться о его воспитании. Плюс педагоги в школе, комиссия по делам несовершеннолетних… Но каждый ребенок – индивидуальность, которого сложно измерить общими мерками.
– А реальную помощь уже удалось кому-то оказать?
– Да, приемная мама в Бологовском районе (она у нас уже была усыновителем одного ребенка) решила принять в семью еще одну двухлетнюю девочку. Оформила все документы, но органы опеки стали с нее требовать дополнительно свидетельство о прохождении школы приемных родителей, несмотря на то, что она уже являлась усыновителем. В это время ребенок заболел, его поместили в больницу и не хотели отдавать маме-опекуну, хотели вернуть обратно в приют… Мы вмешались, и ситуация благополучно и быстро разрешилась – маме в итоге ребенка выдали прямо из больницы, чтобы девочка не возвращалась ни в какие приюты.
– Удачи на новом поприще! Не сомневаюсь, что у тебя все получится!
– Спасибо! Я ответственно отношусь к своей новой работе и надеюсь, что буду оказывать действенную помощь людям.
Юрий Исаков